Сайт о музыке
и музыкантах
Публикации о группе Led Zeppelin
Предыдущая      Предыдущая                          Следующая      Следующая

Led Zeppelin: ДЮЖИНА ПРИЧИН НЕ ДЕЛАТЬ ЭТО
Журнал «IN ROCK» №5(55), ноябрь 2012 год Смотреть оригинал статьи
21 сентября в Лондоне музыканты Led Zeppelin — Роберт Плант, Джимми Пейдж и Джон Поп Джонс, — провели пресс-конференцию, посвященную будущему релизу «Celebration Day". Уникальная (хотя бы тем, что других признаков общения с прессой группа пока не проявляла) беседа с журналистами со всего мира вскоре была официально выложена на YouTube. Мы предлагаем вашему вниманию наиболее любопытные ее отрывки.

Расскажите, какое у вас самое яркое воспоминание о том прекрасном вечере декабря 2007-го?
ДЖОН ПОЛ ДЖОНС, РОБЕРТ ПЛАНТ, ДЖИММИ ПЕЙДЖ. Джон Пол Джонс (JPJ): Больше всего я помню... ощущение, что всё закончилось. Да, концерт удался, но у меня было чувство, словно гора свалилась с плеч.
Роберт Плант (RP): Да, верно, облегчение... Хотя и не стоит так говорить, но я тоже люблю это чувство и никого не буду за него упрекать. Но, знаете, уже сама мысль о том, чтобы я, такой, какой я сейчас, взял и окунулся с головой в свою прошлую музыку, была, как бы это сказать... захватывающей! Я смог взглянуть на вещи немного с другого угла. То, что я справился, смог выплыть — почти чудо.
Джимми Пейдж (JP): Да. Вот у меня в голове остались две картинки: первая, когда я поднимаюсь по лестнице на сцену, и вторая — когда всё почти закончилось. Остальное промелькнуло во мгновение ока. Так что главное мое воспоминание просто в том, что мы сделали то, что должны были сделать. Вышли, показали себя, дали понять тем, кто, может быть, только понаслышке знал о Led Zeppelin, откуда мы такие взялись и почему. И, конечно, отлично провели время. А заодно — принесли счастье множеству людей.
Вы начали концерт с 'Good Times Bad Times", это принципиальный выбор? Кажется, эта вещь суммирует всю вашу карьеру...
JPJ: Это первая вещь с первого альбома. Как раз подходит для начала. Хотя я позабыл, какой трудный там первый рифф, и пожалел об этом выборе! Но мы, кажется, справились, и получился хороший, бодрый старт вечера.
RP: Это довольно короткая песня по меркам Led Zeppelin. Причем именно песня, а не длинный кусок музыки ради музыки. Она хорошо открывает концерт — недлинная, приятная, и с интересной концовкой. Там, где мы с Джимми смотрим друг на друга понимающими взглядами, и идет такая перекличка скэт-вокала и гитары. Джимми обожает такие вещи. Они помогают поймать нужный грув с самого начала. А послушайте, как Джейсон у нас за спиной душевно вопит...
JP: Думаю, люди поначалу не знали, что мы будем играть, и уже составили свои списки предположений... а эта вещь в списках была бы, наверное, на одном из последних мест. Эффект неожиданности, знаете: "Ого, они начали с этой вещи! Ничего себе, что же будет дальше?"
Как, по-вашему, справился с работой Джейсон Бонэм? Были ли вы довольны его игрой?
JP: Джеймс играл монументально! От первой репетиции и до самого концерта. Невероятный человек — его дух, его энтузиазм, его знание самих основ работы "музыкального механизма" Led Zeppelin... Никто другой с такой работой бы не справился.
RP: Мы уже играли с Джейсоном — на его свадьбе. Но он, к сожалению, решил прилечь отдохнуть во время свадебного приема, и я, как в некотором смысле давний друг семьи, был уполномочен пойти к нему в комнату и вытащить его из постели! (Другим.) Помните такое?
Что вы сейчас чувствуете, исполняя "Stairway to Heaven"?
RP: Мне трудновато бывает петь некоторые из текстов. Понимаете, с музыкальностью, со стихосложением в них всё в порядке, просто я уже не переживаю их так, как раньше. Ведь я далеко ушел от себя тогдашнего. А может, я просто до сих пор пытаюсь понять, что я там хотел сказать... да и никто ни черта не понимает! (Смеется.)
Почему вы ждали целых пять лет, прежде чем выпустить такой прекрасный DVD?
JPJ: Пять лет — это пять минут для Led Zeppelin. Сам удивляюсь, что у нас так быстро получилось!
Какую вещь вы сыграли первой на первой репетиции?
JP: Думаю, "Train Kept A-Rollin'". Хотя репетиция была длиннее. Как оно было? Земля затряслась!
RP: У нас ведь не было никакого плана, не так ли?
JP: Ну, мы просто играли что вздумается. Главное — сам уровень взаимной энергии между нами четырьмя. С самого начала этот накал был очень высок. А что касается первой песни... Джейсон как- то говорил, что одной из первых им разученных вещей была "Houses Of The Holy", и не вполне мог объяснить, почему. Наверное, потому, что это одна из сложнейших вещей, которые нам предстояло сделать, а потому — отличная разминка!
JPJ: Чем еще хорош Джейсон, так это своим энциклопедическим знанием "цеппелиновского" репертуара. За всю историю у нас неоднократно менялись сет-листы, и мы подгоняли концовки песен ради хорошего перехода к следующим. И вот теперь мы играли и спрашивали друг друга: "А как эта вещь заканчивается?" Все оборачивались к Джейсону, и он отвечал: "Ну, в 1971 году было так, а в 1973 — вот эдак..."
RP: У Джейсона — отличная коллекция бутлегов. Он — кладезь информации. Не знаю, в какой группе он окажется в следующий момент, но уверен, что всюду справится.
Не думалось ли вам тогда, на сцене, или уже потом: "Всё идет отлично, не повторить ли это еще раз?" И если да, то что вас останавливает?
JP: Можно я задам вам вопрос? Вы все видели фильм? Вам понравилось? Значит, мы свое дело сделали.
Вам не кажется, что, по сравнению со звездами-музыкантами сегодняшнего дня, у вас в жизни было гораздо больше веселья?
JP: Да, если речь идет о возможности заниматься музыкой и двигаться вперед безо всякого рода "засад", то это истинная правда. Нам не надо было думать о том, повторит ли новый сингл успех предыдущего и т.п., мы стремились создавать музыку и нести ее людям на концертах. Для музыкантов это легче и приятнее.
RP: Знаете, в те годы за людьми не тянулся многолетний хвост истории, карьеры и прочего. Люди воспринимали нас и другие такие группы как очередное новое впечатление, ничего больше. Никто и представить себе не мог того, что происходит сейчас, когда мы сидим за столом, словно футбольные менеджеры на послематчевой конференции. В те времена это было больше похоже на толпу бродяг с большой дороги. Все жили на полную катушку, старались ловить момент, не было обыкновения оглядываться назад и задавать вопросы вроде: "Не хотите ли повторить это еще раз?"
Самое лучшее в той группе, когда она была едина и двигалась вперед — то, что все мы жили одним только творчеством. Буквально час назад мы обсуждали, как иногда надо бывает отклониться от линии, двигаться под углом, по диагонали, так, чтобы создавалась какая-то другая музыкальная форма, и каждый раз получался бы новый проект. Мы не говорили о том, "что мы думаем об этом сейчас". С таким же успехом я мог бы думать о том, доделал ли я домашнюю работу по французскому, понимаете?
Были ли моменты на протяжении концерта, когда вы чувствовали: "Получается!"
JP: Первая песня. Я не хвастаюсь... Правда так считаю. Первая песня.
Не кажется ли вам, что нынешний концерт закрепил некий окончательный стандарт концертного звучания песен Led Zeppelin?
JP: Ну, концертные варианты песен сильно менялись с 1969 года до 1973 или 1975. Композиции непрерывно мутировали, на репетициях появлялись порой едва уловимые, порой — огромные изменения в музыке, в "текстурах", в энергетике. Но если брать этот конкретный концерт — да, можно сказать, мы записали канонические версии этого материала. Уж по крайней мере они звучат лучше, чем любая из кавер-групп бы сыграла.
JPJ: Технологии здесь явно помогли. Было множество микрофонов, видеокамер, так что всё и выглядело, и звучало великолепно. Во время концерта были моменты, когда Джейсон Бонэм словно обращался к своему отцу... А что вы чувствовали, зная, что рядом с вами Джейсон, а не Джон?
RP: Джейсон лишился отца еще маленьким мальчиком, и эта потеря преследует его с тех самых пор. Отец воодушевлял его в игре на ударных с самого детского возраста, учил его, поправлял ошибки и всё такое, а потом отца не стало и Джейсону осталось рассчитывать только на собственные силы. Но он продолжал всегда соотносить себя с ним, с другими великими барабанщиками, которых он знал, и неизбежно, что эти долгие годы мы с ним были связаны незримой нитью, через семью, друзей и всё на свете. Так что его присутствие было очень естественно и очень кстати.
Еще меня в Джейсоне поражает его энергия. Он буквально тащил нас за собой, представляете? Мы еще произносили задумчивое "гхм", он уже рвался в бой. Порой даже странно было. Но в конечном итоге, всё к лучшему, и пошло на пользу и нашему выступлению, и нам самим, и его семье, и его бабушке Джоан, маме Джона. Это сняло напряжение между нами после долгих лет...
После того, как вы отыграли, отмечали ли вы в гримерке успешный концерт?
RP: Думаю, мы просто обнялись друг с другом и сказали: "Уфффф"! И, знаете ли, можно оцепенеть от ужаса, когда на вас устремлены глаза всех вокруг, и люди ждут, когда же вы наконец хоть чуточку опозоритесь. Решиться на такое — огромное дело. Но у нас было чувство истинного товарищества, мы знали, что идем на приключение, и что это приключение будет удачным. Как сказал Джимми, мы сумасшедшие, что не сыграли ни одного "разминочного" концерта. Этот концерт и был разминкой! На самом деле, так и надо всегда всё делать, но у метода есть и свои недостатки.
JP: Потом была, конечно, огромная вечеринка, с кучей знаменитостей, которые наверняка отлично провели время... а мы тихо растворились в тумане. RP: Бар "Marathon" на Чалк-фарм-роуд — отличное место, и работает круглосуточно. (Смеется.)
Смотрели ли вы за реакцией кого-то конкретно в аудитории? Заметили ли вы там Пола Маккартни, или, скажем, Дэйва Грола?
JP: Нет, не помню никого конкретно, хотя с аудиторией мы общались, разумеется. Говорили, что на концерте были три поколения семейства Пресли — это что-то! Но лиц толком не разглядеть было.
LED ZEPPELIN LIVE 2007. Выпуск фильма — еще один вклад в наследие группы или просто желание поделиться радостью от хорошего концерта?
JP: Да, фильм — часть нашего наследия, он запечатлел один очень важный день в нашей жизни. Но я хотел бы подчеркнуть, что, когда мы выступали в "02", сами идея концерта была не в записи DVD, фильма или чего бы то ни было. У нас не было такой установки: "Сегодня записываем DVD". Просто так случилось, что там имелась материальная база, были камеры, видеооператоры, и не записать концерт было бы странно. Потому что, не забывайте, мы играли всего один концерт, мы не знали, пройдет ли он гладко или с полдюжиной "косяков", но хотели его записать хотя бы для собственных коллекций.
Пришлось ли вам что-то подправлять в записи?
(Все вместе.) Мы вам не скажем!
RP: Правда, что за чушь! Мы — совершенство! (Смеется.) Думаю, пришлось немного подстроить вокал в концовке "Karshmir", потому что, честно сказать, я там несколько выдохся. Слишком много длинных нот.
JP: Ну, я бы сказал, может быть, там есть несколько "заплаток", но по сравнению с тем, что обычно делают другие, это минимум. Концерт издан таким, каким мы его сыграли. Мы с самого начала сыграли всё хорошо, и возиться почти ни с чем не пришлось.
Что для вас сейчас, спустя 30-40 лет после Led Zeppelin, значат слова "блюз" и "рок-н-ролл"?
JP: Самый ранний блюз, рок-н-ролл, рокабилли — музыка, которую я слушал еще подростком, и она меня до сих пор восхищает. Да, со временам наши вкусы стали гораздо шире, эклектичнее, но очевидно, по крайней мере, для меня, что рок-н-ролл — это музыка, которую я услышал в 12 лет и которая соблазнила меня навсегда.
RP: Блюз или даже кантри-блюз... За последние 40 лет открылись все двери, и стала общедоступной музыка певцов типа Кинга Соломона Хилла, и множества невероятных парней из Дельты, записавших лишь по синглу-другому. Они сделали немного, но проложили дорогу другим. Например, Вилли Браун, о котором поет Роберт Джонсон в своей "Cross Road Blues" — он записал всего пять или шесть песен, и все они прекрасны. Но по правилам игры было играть разные вещи, вот и Роберт Джонсон играл много чего, а не только блюз. Хиты дня, например. Музыка этих людей для меня — дом, где живет мое сердце. Меня волнует мысль, какими могли быть их жизни, какие миры они могли создать... Они уже недосягаемы, они пришли из другого времени в наше, и мы сейчас тоже пришли из другого времени, такими, какими вы увидели нас в этом фильме. Так что блюз и рок-н-ролл, на мой взгляд, это по-прежнему часть меня, это пульс моей жизни.
Джон, а вы что бы добавили?
JPJ: (Проснувшись.) Блюз... рок-н-ролл... пульс его (показывая на Планта) жизни... Я их тоже люблю.

ТЕКСТ: Владимир ИМПАЛЕР. По материалам http://youtu.be/9iGxjV2Sxbc

вернуться на верх НАВЕРХ
Led ZEPPELIN
Друзья сайта
Beatles.ru Официальный сайт группы ‘Аракс’
Rock-Book © 2006-2017

Яндекс цитирования Rambler's Top100