Сайт о музыке
и музыкантах
Публикации о Beatles с 1991 до 2000 года
Предыдущая      Предыдущая                          Следующая      Следующая

«Я УЖАСНО БОЮСЬ СТАТЬ НОРМАЛЬНЫМ».
Rolling STONE №188, 1975
журнал «ROLLING STONE» №4, октябрь 2004 года Смотреть оригинал статьи
1975 год. Джон Леннон после годичного перерыва возвращается к Йоко, юридически оформляет распад The Beatles и признается, что собирается жить до шестидесяти. Познакомтесь, ДЖОН ЛЕННОН: мятая футболка, босые ноги, тонкие пальцы, держащие сигарету и чашку кофе.

Познакомтесь, ДЖОН ЛЕННОН: мятая футболка, босые ноги, тонкие пальцы, держащие сигарету и чашку кофе. Мы сидим в нью-йоркской квартире Йоко на седьмом этаже, в доме на углу 72-й улицы и западной части Центрального парка. Вот уже три дня, как Джон вернулся к Йоко после года, проведенного в безумном загуле. В комнате пахнет утренним похмельем.

Как выглядит твоя жизнь теперь?
Ну... Жизнь... На дворе 1975 год, не так ли? Я, слава Богу, три дня назад вернулся домой, к Йоко. Это большое событие для меня. Я, кстати, начал снова хорошо спать. Как однажды сказал мой приятель, «Джон вышел выпить кофе, купить газет и пропал». Я только что утряс все юри¬дические проблемы, связанные с Beatles. To, что можно было завершить за месяц, заняло целых три года.
Что произошло между тобой и Йоко? Кто инициировал ваш раскол и почему все же вы снова вместе?
Вопрос не в том, кто все затеял. Это произошло само собой. Почему, наконец, мы снова вместе? Потому что с коммерческой точки зрения наш союз оправдан. Шучу! Потому что мы любим друг друга! Раздельная жизнь не пошла нам на пользу. Моей реакцией на нее было полнейшее безумие. Я чувствовал себя как цыпленок, которому вот-вот отрубят голову.
Чем закончилось дело о разделедоходов The Beatles? Каково окончательное соглашение?
В итоге все получилось так, как и было запланировано. Мы подписали договор об урегулировании отношений, и каждый получил причитающуюся ему долю. До этого момента все деньги складывались в общий котел. Даже доходы от наших сольных записей — моих, Ринго, Пола — все это валилось в одну кучу. Очевидно, все это должно было пройти через огромную бюрократическую машину, и затем лишь результат мог попасть к нам в руки. Теперь даже старые «битловские» авторские гонорары будут поступать на наши индивидуальные счета. Все сразу же стали говорить, что коль скоро мы подписали эти бумаги, участники The Beatles больше не связаны друг с другом ничем. Это чушь! У нас до сих пор есть компания Apple, которая по сути своей является банком. Банком, в который поступают деньги. Несмотря ни на что, есть также некая сущность, именуемая The Beatles, и мы все должны общаться, принимать решения о том, чем наша корпорация будет заниматься и как ей управлять. Все не настолько плохо, как пишут в газетах.
Между участниками ансамбля сохранились дружеские отношения?
Да, да! Я говорил с Ринго и Джорджем вчера. Я не смог пообщаться с Полом, так как он спал. Джордж и Пол часто встречаются друг с другом в Лос-Анджелесе. С нами ничего не произошло.
Ты был на концерте Джорджа. Что ты думаешь о его сольном творчестве?
Не могу сказать, что это было лучшее из того, что я видел. Парень сейчас явно не в форме. Похоже, у него началась полоса неудач. Даже когда мы были вмес¬те, случалось, что The Beatles были на коне, но бывало и наоборот, вне зависимости от того, что мы делали.
Харрисон сказал в интервью Rolling Stone: «Если вы хотите услышать The Beatles — идите на концерт Wings». Тебе не кажется это оскорблением?
Я не читал этого интервью Джорджа. Мне и правда нечего сказать на сей счет. «Band on the Run» — прекрасная пластинка. Wings почти так же концептуальны, как Plastic Ono Band. Plastic Ono — концептуальный коллектив, поскольку кто бы ни играл в его составе, группа остается группой. В Wings тоже все постоянно меняется. Это концептуально. Я имею в виду, что все участники являются сопровождающим составом для Пола. Неважно, кто играет в группе, вы смело можете называть их Wings, и они исполняют музыку Пола Маккартни, и, скажу вам, хорошую музыку.
Джордж сказал на пресс-конференции, что мог бы играть с тобой, но не с Полом. Что ты скажешь в ответ на это?
Я мог бы играть с ними со всеми. Джордж вправе так говорить, но я думаю, что он изменит свое мнение уже к этой пятнице. Ты же понимаешь, все мы люди, все мы часто меняемся в зависимости от ситуации.
Джон Леннон. Что на самом деле произошло ночью в ресторане Troubadour, когда ты прервал выступление группы Smothers Brothers, а затем ходил по ресторану с женской прокладкой на голове и приставал к официантке со словами: «Ты знаешь, кто я такой?»
Ты тоже хочешь смачных подробностей? Если бы я сказал кому-то: «Ты знаешь, кто я та-кой?» — то я бы сказал это только в шутку. Я знаю, кто я такой, и я знаю, что та официантка тоже знала это, поскольку я бродил по залу с «котексом», приклеенным к голове. Я нашел эту прокладку в туалете. Кстати, она была чистая, и ради хохмы я вернулся за столик, прилепив ее к своей шевелюре. Она крепко приклеилась и довольно долго держалась. Официантка ответила: «Я знаю. Ты — мудак с прокладкой на голове». Что же, вполне достойный ответ.
Кого бы ты хотел продюсировать? Может — Боба Дилана?
С Диланом я бы с удовольствием поработал, потому что он сделал прекрасный альбом «Blood on the Tracks». Еще — Элвис Пресли. Я хотел бы попробовать воскресить его популярность, хотя не уверен до конца, смог бы я это сделать или нет. Я знаю, что бы я сделал с Элвисом, — записал бы с ним свой альбом «Rock 'n' Roll». А вот для работы с Диланом вполне достаточно его собственного материала. Я бы просто сделал хорошие аранжировки. Так что, Боб, если ты чи¬таешь эти строки...
Элтон Джон записал «Lucy in the Sky with Diamonds». Дэвид Боуи — «Across the Universe». Что ты об этом думаешь?
Я одинаково уважаю их обоих, мне нравится то, что они делают. Мне ближе Элтон Джон, поскольку я знаю его дольше, чаще встречался с ним. Элтон участвовал в записи « Walls and Bridges», играл на пианино и подпевал мне в « Whatever Gets You Thru the Night». Он оказался очень кстати. Я уже на три четверти завершил рабо¬ту над песней, постоянно ломая голову над аранжировкой. И тут пришел он: «Давай я просто на пианино подыграю!» Затем я услышал, что он переиграл «Lucy in the Sky with Diamonds». Джон попросил меня, в случае, если песня попадет в хит-парады, выступить с ним на сцене. Я согласился.
Где-то я читал, что ты был очень тронут этим.
Я был тронут, остальные же просто утонули в слезах. Я чувствовал себя виноватым, что не рыдал вместе с ними. Я просто вышел на сцену и спел несколько песен. Эмоционально мы с Элтоном были всегда близки, хотя многие люди не знают о наших долгих музыкальных отношениях. Элтон Джон был своего рода участником The Beatles, человеком из нашего прошлого. Он приносил свои черновые записи домой, и мы их слушали вместе. Это было важно для меня и чертовски важно для Элтона. В тот вечер, когда мы пели вместе, он был растроган, буквально весь в слезах. Концерт получился потрясающий, и я встретил Йоко за сценой. Я знал, что она в зале, так как она послала мне и Элтону на сцену по цветку, и мы носили их во время выступления. Но я не ожидал увидеть Йоко, потому что сейчас я очень нервничаю, когда она рядом. Мы просто увидели друг друга. Знаете, такие эпизоды часто бывают в кино. Парочка встречается, время останавливается. Вокруг все замерли, наступила тишина. Внезапно откуда-то появились фотографы, защелкали вспышки... Но все же был момент тишины. Кто-то, наблюдая все это со стороны, сказал нам, что «если и есть в мире двое, кто любят друг друга, так это вы». Странно, что это заметили.
С Дэвидом Боуи было примерно так же. Он в то время жил в Нью-Йорке. Он пришел ко мне и спросил: «Я собираюсь сыграть "Across the Universe". Ты придешь спеть?» И я согласился. Пришел к нему и сыграл на гитаре. Никаких проблем.
Ты считаешь Нью-Йорк своим домом?
О, да. Уже четвертый год, как я здесь. Это самый долгий период времени, в течение которого я живу не в Англии. Я прожил здесь столько же, сколько в Лондоне — четыре года с 1964 по 1967, но тогда был разгар битломании, и на самом деле, как и многие рок-знаменитости, мы жили в часе езды от столицы и ездили в город только по своим делам. Поклонники преследовали нас буквально по пятам. Так что я жил в Лондоне на самом деле меньше, чем в Нью-Йорке.
Ты остался здесь из-за того, что если бы ты уехал из Штатов, власти никогда не дали бы тебе возможности вернуться?
Ну да. После всего, что я тут начудил, они бы ни за что не пустили меня обратно. Никогда. Ну, с другой стороны, и поделом мне. Я вполне просижу здесь безвылазно еще лет десять, если власти, конечно, мне позволят. Я зарабатываю достаточно, чтобы платить им. Я плачу, чтобы оставаться здесь. А ведь это — шантаж. Или своего рода взятка разным юристам-адвокатам. Я отдал им уже около полумиллиона долларов. Йоко и Джон. Я много и тяжело работал, чтобы заработать эти деньги. Я имею в виду, что вбухал пол-миллиона в налоги. Получается, что я, с одной стороны, оплачиваю из своего кармана нападки американских властей на меня, их идиотские обвинения и все такое. А с другой стороны, я же сам плачу за своих юристов. Некоторые полагают, что я переехал, чтобы зарабатывать американские доллары. Но мне этого не надо. Я могу зарабатывать точно такие же доллары, сидя в студии где-нибудь в Гонконге. Где бы я ни был, деньги преследуют меня. Они утекают из Америки ко мне. Все деньги в этом мире происходят из Америки.
В твоей жизни был период, когда ты участвовал в весьма радикальных организациях.
Я вылез из самолета в Нью-Йорке, и первыми, кого я встретил, были Джерри Рубин и Абби Хоффман (лидеры американского левого движения Youth International Party). Эти скандально знаменитые личности приветствовали меня предельно просто: «Чувак, как поживаешь?» —давая понять, что я для них свой. Следующий шаг, который я сделал, — пел песни в защиту Джона Синклера (один из лидеров левой организации White Panthers, осужденный за употребление наркотиков) и так далее. Я поддаюсь на влияния со стороны, ты же знаешь. А эти парни взяли меня в оборот прямо на трапе самолета. Через минуту я уже вляпался по уши в их авантюру.
Ты меняешься с возрастом?
Я не хочу стареть. Я найду свой способ оставаться ребенком, например, постоянно упражнять собственное тело и сознание. Меня бесит тупость. Но иногда я сам делаю тупейшие вещи. Иногда делаю то, что сам ненавижу. Назло всем, чтобы не быть таким, как все. Я ужасно боюсь сделать¬ся нормальным, ведь в этом нет никакого рок-н-ролла. Я решил, что хочу жить! Я понял это уже давно, но не знал, как этого добиться. Теперь я знаю.
Ты предполагаешь продолжать свою деятельность, даже когда тебе будет 50 или 60?
Я не вижу для себя иного пути, кроме как быть музыкантом. Надеюсь, что никогда не иссякну. Представляю себе: мне шестьдесят и я пишу детские книжки. Странная ситуация для человека, который не особо-то возился с детьми всю свою жизнь. Я очень хорошо помню, когда мне было восемь или девять лет, я читал такие книжки, как «Острое сокровищ» или «Алиса в стране чудес». Эти книги открыли мне мир.
Что ты сейчас слушаешь?
Я не слушаю, я записываю музыку. Нет такой музыки, даже моей собственной, которую я бы просто сел и стал слушать, альбом за альбомом. И вообще я люблю синглы. Мне нравится музыка, доносящаяся из автомата.
Расскажи про твое участие в церемонии награждении Grammy?
Было весело. За сценой царил настоящий хаос, но мне понравилось. Я думал, что выиграет Элтон Джон. Надеюсь, на моем лице никак не отразилось разочарование, когда я открыл конверт, а там было написано «Оливия Ньютон Джон». Я ничего не имею против нее, но я очень боялся, что улыбка исчезнет с моего лица.
Как ты считаешь, ты когда-нибудь освободишься от бремени того, что был одним из Beatles?
Я уже к этому привык, как привык к тому, что, что бы я ни де-лал, будут сравнивать с работами моих коллег по The Beatles. Если я займусь балетом, то мои па будут сравнивать с тем, как Пол играет в боулинг. Я просто смирился с этим. Но есть вещь, которую я понял не так давно: нельзя чтобы Тор 10 управлял твоим творчеством. Если мои работы будут судить по тому, попали они в таблицы популярности или нет, искусство умрет. И тогда уже будет неважно, в каких чартах я окажусь. Я не загадываю далеко вперед. Я не хочу, чтобы мной рулили мои диски с золотым или платиновым статусом. Мне сейчас тридцать четыре, и я хочу дожить до шестидесяти. Искусство — превыше всего, и я постоянно напоминаю себе об этом.
То есть в этом году ты решал, кто ты такой — артист или поп-звезда?
Ага. И в голове постоянно витает мысль: «Ну и кем ты хочешь быть? Чего ты ищешь, чего ждешь?» И все же я, блин, артист, а не сраная цирковая лошадка...

Текст Пит ХЭМИЛЛ.

Леннон в акустике
Дневник гения
John Lennon / Acoustic/ Capitol / ****

Джон подстраивает гитару. «Ну что?» — спрашивает Йоко. «Я просто хочу, чтобы ты "проартистила-и-репертуарила" песню», — отвечает Джон. «Я попопробую сыграть ее полностью». После фирменного юмора Леннон берет гипнотические аккорды «Working Class Неrо». Йоко и Джон - борьба за мир не выходя из постели. Мелодия еще не отточена и немного отличается от альбомного варианта, но уже в этой домашней демо-записи главное философское заявление экс-битла провоцирует холодок по коже. Мечта закончилась и пора жить реальностью...
Альбом «Acoustic» — это 16 песен под акустическую гитару, записанных дома на порто-студию или на редких концертах. Почти половина треков — наброски к первому сольному альбому «Plastic Ono Band», болезненной попытке, разрушив The Beatles, найти свое «я». Новая философия Леннона выражена теперь просто — ты можешь быть миллионером, поп-звездой, но внутри ты просто «гребаный лох», подсевший на секс, TV, наркотики и прочие удовольствия. The Beatles — одно из таких удовольствий. Сказочка для рабочего класса о том, как наивные талантливые провинциалы стали звездами и богачами. Пол так всю жизнь и будет тащить весь этот битловский хлам и играть в очередную группу. Но для Леннона нет больше никаких «мы» — только «я» и Йоко, два зеркала, бесконечно отражающих друг друга. Тема любви («Love», «Look at Me») уравновешивает разочарование поп-идола в буржуазных ценностях. Конечно, Леннону не хватало присутствия его главного цензора Пола Маккартни: многие вещи — откровенная халтура, как «Cold Turkey» (забракованная битлами как возможный сингл) или политические песни-передовицы «Woman Is a Nigger of the World» и «John Sinclair», в которых Джон решал далеко не музыкальные задачи.
Заканчивается альбом пост-битловской «Real Love» (не удивительно, что ее шикарная реинкарнация появилась на «Антологии» вместе с «Free as a Bird») и известной по телесъемке концертной версией «Imagine», той самой, где Джон жует жвачку и поет самый вдохновенный гимн миру.

Олег ЧУБЫКИН
Ключевые треки: «Working Class Hero», «God», «Watching the Wheels», «Imagine»

вернуться на верх НАВЕРХ
The BEATLES
Друзья сайта
Beatles.ru Официальный сайт группы ‘Аракс’
Rock-Book © 2006-2019

Яндекс.Метрика Яндекс цитирования